МНЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ И БЕСПОЛЕЗНОЕ

Александр ВИЛИН
02.03.2015
МНЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ И БЕСПОЛЕЗНОЕ

(социальный фельетон)

«Мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь», — заметил классик и гордость русской литературы Александр Сергеевич Пушкин в романе «Евгений Онегин». И всё же в России всегда находилось некоторое число случайно лучше образованных людей, к тому же считающих себя обязанными публично демонстрировать интеллект выше среднего.

А всякому такому интеллектуалу вроде бы положено иметь собственное мнение и, конечно, по любому поводу. Само мнение можно было высказать кстати либо некстати, но желательно максимально резко и адресно. Мнение высказанное приобретало новое качество и становилось информацией, которая могла быть доведена до «куда следует» или в связи с малой значимостью утеряться в пути.

В прежние годы социальной безмятежности игра [со] мнением напоминала русскую рулетку и потому была уделом немногих, прозванных в народе последними интеллигентами, а остальные граждане делились на [со]чувствующих и на [со]мневающихся. И все вместе с интеллигенцией внимательно прислушивались к руководящему окрику: «Есть мнение!» Если же окрик по причине застойности запаздывал, дружно начинали проявлять определённое беспокойство по поводу госпланового движения «советского локомотива истории» к «светлому и обильному коммунистическому раю».

И понятно, отчего беспокоились. Продукты и всё другое самое необходимое стало заканчиваться, а в таком трудном и долгом путешествии совершенно некогда было «передовому мировому авангарду» думать о народном потреблении.

Первыми нервы не выдержали у «авангарда», неожиданно призвавшего к себе интеллигенцию и попутно решавшего: то ли послушать её, то ли свалить на неё ответственность за все беды. Опешившие от восторга интеллигенты надавали власти столько разных советов, что та снова могла действовать как заблагорассудится, опираясь исключительно на мнения уважаемых в обществе людей. А чтобы они в случае чего не стали отпираться, все их мнения немедленно публиковали и даже организовали всякие неформальные и формализованные сообщества граждан в поддержку того или противоположного мнения. В итоге в стране появилось Общественное мнение.

Тут-то с общественным мнением и стало происходить что-то удивительное. То оно пропоёт сладкоголосые дифирамбы «перестройке», то вдруг наотмашь заклеймит её главного застройщика. Да так, что даже любопытным иностранцам, знавшим на беду лишь несколько русских слов, главным из которых они искренне считали perestroika, приходилось молча и с удивлением прислушиваться к неразборчивой и эмоциональной тираде в ответ.

Ещё более удивительной оказалась реакция средств массовой информации, которые бросились обличать, а порой скорее шантажировать все ветви, сучья, корни власти повсюду и во всех её проявлениях. От такого потока сумеречной информации проявивший поначалу интерес массовый читатель быстро устал и захотел лично хоть кого-нибудь побить, что по слухам некоторыми и было успешно реализовано.

С развитием принципов рыночной экономики перестроилась и российская пресса, и это выразилось в новом понимании журналистами тезиса марксистского учения о зависимости сознания от бытия. Газеты и журналы, а затем и радио с телевидением превратились в производственные комбинаты по формированию любого заказанного мнения, разумеется, включая и общественное. И снова никто не удивился такой метаморфозе, но зато тут же возник устойчивый спрос на «продукцию». Вскоре появились и специалисты-манипуляторы.

Прошли годы. Теперь у нас всё просто замечательно, и любого мнения везде навалом. Правда, интерес к чужому мнению совсем пропал, зато у каждого своего куча, и все стараются перекричать друг друга на многочисленных телевизионных ток-шоу или просто на улице, чтобы довести личное мнение до уровня общественного. А тут уж без глубокой глотки, чтобы прямо от пуза с гулким криком слова вырывались, никак не обойтись.

Согласовывать будущее общественное мнение тоже стало удобно. Всё организовано по принципу единого окна, куда можно в любой день сдать мнение в трёх экземплярах на стандартных формулярах для автоматизированной обработки, а спустя всего 30 дней получить назад отредактированным для общественного применения.

В моих отношениях с общественным мнением тоже сложилась традиция, и когда оно становится слишком уж оглушительным, я достаю беруши…

Комментарии:

Павел
Как я понял из статьи, сейчас любое общественное мнение формируется СМИ в интересах бизнеса или государства, своего мнения нет...
Обмани мировую спекуляцию!
00,00


Кто такой Обама?

вконтакте фейсбук твиттер
Все права на опубликованные материалы принадлежат сетевому журналу "Антилигент". Перепечатка допускается только с разрешения. Мнение редакции "Антилигент" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций.